COULDINJECT
← Вернуться к ящикуCI-NT-CHR-BDEE4D
CI-NT-CHR-BDEE4D

Занку

Бывшая участница тайной организации «Алый символ» под кодовым именем «Красный паслён», ныне — заключённая на острове Грот.

Запись источника · ожидает проверки

Различайте заявления источников, выводы, анализ и непроверенные утверждения.

Костюмы

6 всего
Мимолётное мгновение
Базовый костюмA

Мимолётное мгновение

Повседневный наряд Занку. Теперь, когда «Алого символа» больше нет, куда Занку заведёт судьба? «Одно мгновение — целая вечность».

Арки с особым обликом · Ненасытный клинок

Профиль персонажа

ПоказательПрофиль
РедкостьS (золотой)
АтрибутыЧары
Фракция/
Дата рождения13 ноября
Способность эспераОко наваждения
Совместимая дугаГазовый

Параметры по уровням

ОЗ
1,280
Атака
83
Защита
75

Шанс крит. удара 5% · Базовый бонус крит. урона 50% · Скорость зарядки 100%

Другие параметры
Выносливость
Нет данных
Интенсивность цикла
0
Интенсивность разрушения
0
Бонус к лечению
Нет данных
Бонус к полученному лечению
Нет данных
通用伤害增强
0%
Бонус к урону космоса
0%
Бонус к урону анимы
0%
咒属性异能伤害增强
0%
Бонус к урону хаоса
0%
Бонус к урону психики
0%
Бонус к урону лакшаны
0%
Бонус к ментальному урону
0%
Сопротивление космосу
0%
Сопр. урону анимы
0%
Сопротивление чарам
0%
Сопротивление хаосу
0%
Сопротивление психике
0%
Сопротивление лакшане
0%
心灵伤害抗性
0%
Все уровни и этапы прорыва
УровеньЭтап прорываОЗАтакаЗащита
101,2808375
201,3828781
301,4859187
401,5879593
501,69010099
601,792104105
701,894108111
801,997112117
902,099116123
1002,202120129
1102,304125135
1202,406129141
1302,509133147
1402,611137153
1502,714141159
1602,816145165
1702,918149171
1803,021154177
1903,123158183
2003,226162189
2014,250204249
2114,352208255
2214,454212261
2314,557216267
2414,659220273
2514,762225279
2614,864229285
2714,966233291
2815,069237297
2915,171241303
3015,274245309
3026,298286369
3126,400291375
3226,502295381
3326,605299387
3426,707303393
3526,810307399
3626,912311405
3727,014315411
3827,117320417
3927,219324423
4027,322328429
4038,346370489
4138,448374495
4238,550378501
4338,653382507
4438,755386513
4538,858391519
4638,960395525
4739,062399531
4839,165403537
4939,267407543
5039,370411549
50410,394452609
51410,496457615
52410,598461621
53410,701465627
54410,803469633
55410,906473639
56411,008477645
57411,110481651
58411,213486657
59411,315490663
60411,418494669
60512,442536729
61512,544540735
62512,646544741
63512,749548747
64512,851552753
65512,954557759
66513,056561765
67513,158565771
68513,261569777
69513,363573783
70513,466577789
70614,490618849
71614,592623855
72614,694627861
73614,797631867
74614,899635873
75615,002639879
76615,104643885
77615,206647891
78615,309652897
79615,411656903
80615,514660909

Эффекты пробуждения

Каждое пробуждение позволяет активировать ещё один эффект. Выбор можно изменить.

  • Вариант 1Глаза Бездны

    После пробуждения позволяет навыкам «Бушующий огонь», «Мерцающая тень», «Шаг сквозь пустоту», а также усиленным версиям «Кровавого рывка» и «Перекрестья душ» распространять эффекты периодического урона. Постоянно даёт Занку усиления «Охота» и «Наваждение». Поддерживает оба усиления активными без задержки снятия и предотвращает их потерю, когда Занку покидает поле боя или меняет формы. Эти эффекты снимаются только в случае гибели Занку. Бонус урона, предоставляемый Занку эффектом «Охота», увеличивается до 40 %. Бонус крит. урона от эффектов периодического урона, предоставляемый всей команде эффектом «Наваждение», увеличивается до 50 %.

  • Вариант 2Поцелуй Бездны

    Когда Занку участвует в Цикле, вызывающем «Ожог» или «Колдовство», в качестве одной из двух сторон, она может накапливать «Разжигание», повышая итоговый урон следующей «Сверхспособности: Адское фламенко» на 150 %; «Разжигание» можно накапливать заранее, ещё до того, как станет доступна «Сверхспособность: Адское фламенко», максимум до 1 заряда.

  • Вариант 3Поцелуй внутри кошмара

    «Охота» дополнительно увеличивает устойчивость Занку к прерыванию на 50 %. «Наваждение» дополнительно восстанавливает ей каждую секунду ОЗ в размере 4 % от её макс. ОЗ.

  • Вариант 4Цветение кошмара

    Занку мгновенно активирует «Грёзы о кровавом пире», как только «Адское фламенко» становится доступно. Применяет бонус к урону от «Разжигания» к навыку «Грёзы о кровавом пире», который использует те же заряды «Разжигания», что и «Адское фламенко».

  • Вариант 5Цветение в крови

    Гарантированно переводит в сломленное состояние первую поражённую усиленным «Кровавым рывком» цель, которую можно сломить. Срабатывает только один раз за бой для каждой цели и не влияет на боссов в режиме балансировки персонажей. Когда Занку находится в команде, урон от разрушения всех союзников увеличивается на 300 %.

  • Вариант 6Залитые кровью глаза

    Увеличивает урон финального удара «Забвения» по одиночной цели на 12 % за каждый заряд эффекта периодического урона на этой цели, вплоть до 240 %. При попадании по нескольким противникам бонус к урону рассчитывается отдельно для каждого из них, исходя из общего количества зарядов эффектов периодического урона на каждой цели.

Эффекты резонанса

При указанном числе пробуждений даётся дополнительный эффект резонанса.

  • Пробуждений: 3Алый пир
    累计觉醒 3 次后额外获得

    Повышает уровень навыков «Бушующий огонь», «Кошмарный вальс», «Кровавый рывок», «Перекрестье душ», «Адское фламенко» и «Грёзы о кровавом пире» на 1. Увеличивает множители урона «Грёз о кровавом пире» и «Адского фламенко» на 20 %.

  • Пробуждений: 6Ядовитое пламя
    累计觉醒 6 次后额外获得

    Увеличивает атаку Занку на 40 % в течение 20 сек. при нанесении урона. Эффект не складывается. При повторном срабатывании длительность обновляется. После победы над целью с эффектом «Ожог» Занку получает усиление на 60 сек. Во время действия этого усиления наложение Занку эффектов периодического урона мгновенно повышает количество зарядов «Ожога» на цели до максимума. Победа над другой целью с эффектом «Ожог» обновляет длительность усиления.

Озвучивание

ЯзыкАктёр озвучивания
Китайский陈婷婷
АнглийскийStephanie Wong
Японский井上喜久子
Корейский허예은

/

Будучи бывшим членом «Алого символа» и самым жутким и опасным эспером под началом Инанны, Занку обладает силой, наводящей ужас на обычных людей, и действует хитро и безжалостно. В кругах высшего общества имя «Красный паслён» когда-то вселяло страх во многих знаменитостей и магнатов.
И для врагов, и для союзников Занку всегда подобна затаившейся хищнице. Своим правым глазом она считывает эмоции, плетёт иллюзии и с голодом всматривается в твою душу…

Бушующий огонь

Базовая атака: Бушующий огонь

В «Форме реальности» Занку использует свой клинок и выполняет до 5 последовательных атак, нанося урон от чар. При 5-м ударе базовой атаки притягивает цели в радиусе действия. На время атаки получает усиление «Охота».

Базовая атака: Кошмарный вальс

В «Иллюзорной форме» Занку взмахивает клинком, натягивая шёлк, и выполняет до 4 последовательных атак, нанося урон от чар и накладывая 1 заряд эффекта «Душевная мука» при попадании. При 3-м ударе базовой атаки она притягивает цели в радиусе действия. Каждая атака «Кошмарного вальса» распространяет до 4 эффектов периодического урона с цели на всех врагов в зоне поражения, включая саму цель. На время атаки Занку получает усиление «Наваждение». Урон от «Кошмарного вальса» считается уроном последующей атаки.

Базовая атака: Мерцающая тень

Удерживайте кнопку базовой атаки во время 1-го или 2-го удара «Бушующего огня» в «Форме реальности», чтобы активировать «Мерцающую тень», наносящую урон от чар.

Базовая атака: Падение луны

Удерживайте кнопку базовой атаки во время 1-го или 2-го удара «Кошмарного вальса» в «Иллюзорной форме», чтобы активировать «Падение луны», наносящее урон от чар. При попадании Занку накладывает 1 заряд эффекта «Душевная мука». Урон от «Падения луны» считается уроном последующей атаки.

Базовая атака: Сломанные ветки

Нажмите кнопку базовой атаки в воздухе, чтобы выполнить атаку в падении. При приземлении Занку наносит 1 удар урона от чар по области. Урон увеличивается в зависимости от высоты падения; максимальное увеличение составляет 100 %.

Критический контрудар: Шаг сквозь пустоту

Срабатывает при нажатии кнопки базовой атаки после критического уклонения. Занку наносит урон от чар и снижает показатель разрушения.

梦魇翩然而至,绝望如火焚身。

Кровавый рывок

Навык перенаправления: Кровавый рывок

После успешного применения «Кровавого рывка» в «Форме реальности» Занку переходит в «Иллюзорную форму». На некоторое время открывает усиленный «Кровавый рывок» после 4-го или 5-го удара «Бушующего огня», а также после применения «Мерцающей тени» или «Шага сквозь пустоту». Накладывает эффект «Душевная мука» на поражённые цели и активирует «Смятение», значительно снижая показатель разрушения врагов в большой области. При переходе в «Иллюзорную форму» с помощью «Кровавого рывка» задерживает снятие эффекта «Охота» «Формы реальности». Не позволяет переключиться между формами, если навык прерван до завершения.

Навык перенаправления: Перекрестье душ

Занку переходит в «Форму реальности» после успешного применения «Перекрестья душ» в «Иллюзорной форме». Позволяет активировать усиленное «Перекрестье душ» незадолго до окончания действия «Иллюзорной формы». Занку наносит огромный урон врагам в большой области, накладывает эффект «Душевная мука» на поражённые цели и вызывает «Забвение», активируя «Грёзы о кровавом пире». «Иллюзорная форма» действует в течение определённого времени. Завершает «Иллюзорную форму» и возвращает Занку в «Форму реальности» при успешном применении «Перекрестья душ» или «Грёз о кровавом пире», по истечении времени действия эффекта или когда Занку покидает поле боя. Задерживает снятие эффекта «Наваждение» «Иллюзорной формы» при переключении в «Форму реальности» с помощью «Перекрестья душ». Весь урон, наносимый базовой и усиленной версиями «Перекрестья душ», считается уроном последующей атаки. Препятствует смене формы, если применение навыка было прервано до его завершения.

别着急醒来,噩梦才刚刚开始。

Адское фламенко

终结能量蓄满后,点按即可释放极轨终结技能。残虹拥有「极轨终结:焚天烬灭舞」和「极轨终结:血宴入梦时」2种极轨终结技能。 如果「极轨终结:血宴入梦时」处于未激活状态,则直接释放「极轨终结:焚天烬灭舞」; 如果「极轨终结:血宴入梦时」处于激活状态,将会优先释放「极轨终结:血宴入梦时」。「极轨终结:血宴入梦时」造成的伤害视为追加攻击,并为大范围目标施加「鸩火」。成功释放「极轨终结:血宴入梦时」后,在限定时间内再次点按,可释放一次不消耗终结能量且获得强化的「极轨终结:焚天烬灭舞」。如果超过限定时间,则此次释放机会消失。

灵魂之火在幻景中寂灭,如同沉入不必苏醒的酣眠。

Разожжённое пламя

Занку использует свой клинок для атаки, нанося 1 удар урона от чар.

敌人的恐惧是最好的燃料。

Бушующий огонь
Канонический хор
Канонический хор
Тихий закат

Усиление ожога: эффект может складываться до 3 раз. Каждый раз, когда союзники накладывают эффект периодического урона на цель с эффектом «Ожог», Занку накладывает 1 заряд «Ожога» за каждый наложенный эффект периодического урона. Этот эффект заменяет урон, тип и длительность уже существующего на цели «Ожога» параметрами нового наложенного эффекта. «Ожог», наложенный этим эффектом, не может повторно запустить этот эффект.

众生的火焰汇聚成一轮沉默的太阳,将所有的目光灼烧出成同一种颜色。

Багровые грёзы

При вступлении в бой устанавливает значение энергии цикла Занку на 100. Перезарядка: 30 сек. Срабатывает только один раз за бой. Увеличивает интенсивность цикла Занку на 100, когда она находится в команде.

沉沦于这片令人迷醉的猩红,在她的眼底永远睡去。

Потеря фокуса

«Незрима и недосягаема». Использование особого навыка «Потеря фокуса» вне боя переводит Занку в состояние «Невидимость» на 20 сек. В состоянии «Невидимость» скорость движения увеличивается на 50 %, а враги теряют способность обнаружить Занку.

最初只是一次短暂的对视,随后,整个世界都开始缓缓失焦。

Разведданные

Занку редко говорит о временах, предшествовавших её вступлению в «Алый символ». Для неё те тёмные дни не стоили того, чтобы их помнить.
Всё началось с небрежно проведённого тайного эксперимента. Одинокую, никому не известную девочку использовали как сосуд для взращивания способности эспера. Исследователи и стоявшие за ними жадные, ненасытные элиты считали её никчёмной жертвой на пути к величию. Невыносимая боль, одиночество, увечья, перерождение… эти чудовищные, омерзительные муки были её повседневной реальностью. Раз за разом она приближалась к самой грани смерти, но её неизменно утягивали обратно в мир живых.
И всё же по горькой иронии судьбы случилось настоящее чудо: её способность эспера вырвалась наружу и превратила то греховное подземелье в море крови. В живых не осталось никого, кроме неё.
Первой, кто нашёл её среди руин, была благородная чистосердечная филантропка — она забрала девочку в свои сады, словно дикий цветок. К её восторгу, этот выросший в грязи и нечистотах цветок уже был полностью закалён — ровно так, как ей нравилось.
Так цветок по имени «Красный паслён» пустил корни в почве «Алого символа», а Инанна обрела преданную приёмную дочь — свой самый острый кинжал.
Однако Инанна не подозревала, что «поводок» на её дочери уже начал истончаться. Занку помалкивала о своей способности эспера и лишь безмолвно открывала свой жуткий глаз из тени, надеясь заглянуть в сердца членов новой семьи. Тех, кто пытался над ней издеваться, заискивать перед ней или набиваться в друзья, она попросту игнорировала — и вместо этого затягивала в вязкую трясину, где стиралась грань между реальностью и иллюзией. Они начинали сомневаться, что есть правда, а что ложь, и постепенно превращались в бездушные оболочки — марионетки в руках Занку.
«У каждого в сердце горит пламя».
Для Занку лица людей были всего лишь монохромными пятнами, но ярко-красные огни их душ никогда не переставали гореть.
И пламя каждого человека отличалось: у кого-то оно было неистовым, у кого-то — тусклым, у кого-то мрачным или багровым… В её глазах большинство людей оставались абсолютно заурядными, а те немногие, что заслуживали второго взгляда, годились лишь на роль мимолётных игрушек. И только когда она наблюдала, как эти огни угасают на грани полного краха, выдыхая хлопья безнадёжного пепла, на её лице проскальзывала тень восторга — словно она наконец-то любовалась шедевром.
Но в этом холодном, однообразном мире, усеянном бесчисленными унылыми проблесками, всегда была одна особенная душа… Сперва она была ослепительно белой, а позже приняла оттенок, подобного которому Занку не видела больше нигде — неописуемый цвет.
«Как красиво… Я не могу отвести взгляд».

Ослепляющий алый

Человечеству всегда были присущи одновременно любопытство и высокомерие перед лицом неизведанного. От благоговения к страху, от осторожных попыток понять к стремлению завладеть — пока искра под названием «покорение» не подожжёт фитиль алчности… Именно так некоторые люди относятся к явлению, известному как «способность эспера».
Культы, научные общества, частные лаборатории, тайные ордена… Одержимые жадностью и фанатизмом, они сбиваются в стаи, словно гиены, почуявшие кровь. Они заплатят любую цену, переступят через любые запреты и табу — и всё это ради чудес, которые могут даровать способности эспера… или ради самих этих сил.
На одном небольшом острове существовало тайное общество под названием «Глазоклеватель». Его члены исповедовали извращённое учение: способности эспера — это дары таинственных существ, и благословение снизойдёт на счастливцев, рождённых с необычными глазами. Поэтому они повсюду искали подходящих кандидатов, считали их «сосудами» для пробуждения способностей эспера, держали в подземельях и ежедневно промывали им глаза едким тайным снадобьем. Они верили, что так можно пробудить способность эспера, а затем пересадить себе глаза подопытного и присвоить его силу.
Именно в этом жестоком и нелепом подземелье берут начало первые воспоминания Занку.
Глаза девочки были прекрасны, как драгоценные камни. Каждый, кто встречал её, смотрел прямо в них, но она никак не могла понять почему — ведь из-за отсутствия цветового зрения сама она видела лишь расплывчатое серо-белое марево. Ещё меньше она понимала, до каких злодеяний способны дойти люди, движимые алчностью и невежеством. С тех пор как «Глазоклеватель» похитил её ради этих глаз, весь смысл её существования свёлся к одному: изо дня в день лежать со связанными руками и ногами и содрогаться от страха, пока ей насильно открывали веки. Она беспомощно смотрела, как в глаза капают обжигающие, едкие, мутные капли, а затем сквозь пронзительную боль слушала доносившиеся со всех сторон омерзительные молитвы.
День за днём опьянённые жадностью люди воплощали свою теорию на практике, не обращая внимания на её абсурдность. И всё же, по иронии судьбы, под влиянием этих нечеловеческих пыток Занку действительно пробудила скрытую в её глазах способность эспера. Когда её привели на место ритуала по извлечению глаз, члены общества начали яростно спорить о том, кому они достанутся. В пылу раздора они сбрасывали маски, обнажая свои истинные лица: среди них были высокопоставленные чиновники, богатые купцы и отпрыски знатных семей… Их голоса постепенно сливались в невнятный гул, и сквозь пелену анестезии Занку впервые увидела цвет, отличный от чёрного и белого. Он был тёплым и ослепительным — он вырывался из пламени душ, хлестал из смертельных ран и растекался багровой трясиной, смыкавшейся вокруг неё…
В тот день иллюзия «Ока наваждения» окутала весь остров. Убийцы, которые и без того подозревали друг друга и боролись за власть, устроили в тисках наведённого кошмара кровавую резню, пока в живых не осталось никого.

Паук и цветение

В луже крови Занку увидела пугающе прекрасный алый цвет.
Обладательница этого красного цвета уверенно шагала к ней, и стук её высоких каблуков эхом отдавался от пустых стен подземелья. Затем цокот затих, уступив место бархатным словам:
«Дай мне взглянуть на твоё личико, мой бедный лепесточек.
Отныне Алый символ — твой дом».
Дом… что это вообще такое?
Женщина перед ней обещала девочке то, чего та не могла даже осмыслить: «дом». И хотя смысл этих слов ускользал от неё, она чувствовала, что голос и прикосновения этой женщины были нежнее всего, что ей доводилось испытывать в жизни.
«Ты можешь называть меня… Мамой».
Занку настороженно посмотрела на высокую худую женщину перед собой. За её нежным взглядом скрывалась загадочная, нечитаемая улыбка. Пламя её души было таким же ярко-алым и роскошным, как и одежда на ней, а его жадные языки плясали и вспыхивали перед глазами девочки, едва не сжигая её заживо.
И всё же она по своей воле ответила всего одним словом:
«Мама».

В погоне за цветением

В саду «Алого символа» выращивали множество цветов. Любящая Инанна заботилась о них, окропляла сладкой росой и подрезала им ветви. Те цветы, что радовали её больше всего, удостаивались новых имён — и «Красный паслён» был одним из них.
Но Занку знала, что Мама не любила цветы. Ей просто нравилось стоять в самом центре этого сада.
В поместье «Алого символа» Инанна больше не скрывала свою истинную натуру. Щедрая, сентиментальная благотворительница была лишь образом для внешнего мира. В её сердце не было ничего, кроме купеческой холодности и жадности, а также всё растущего высокомерия, пришедшего вместе с принадлежностью к элите. Она возвышалась над садом, подобно исполинскому багровому шпилю, отбрасывая на него жуткую тень.
Инанна всегда держала своих дочерей в повиновении и с помощью милости, и с помощью страха, а воспитание и телесные наказания, которым она подвергала Занку, были особенно суровы. Но Занку это не волновало. Годы, проведённые в подземелье, давно сделали её нечувствительной к боли. Даже после жестоких истязаний она по-прежнему сохраняла верность Маме и беспрекословно выполняла любое её поручение. И когда прочими дочерьми Мамы манипулировали и играли их судьбами, Занку, наблюдая за всем этим, чувствовала, что и она тоже может найти в этом саду какое-то развлечение.
«Око наваждения» умело не просто воспринимать эмоции — оно могло пробовать их на вкус. Кровавая сладость страха, кислая до боли тоска отчаяния, острота ненависти… эмоции сестёр стали для Занку пищей, поддерживающей её. Мало-помалу она начала понимать увлечение Мамы.
Её аномальный глаз вечно выискивал души с самыми яркими цветами — так люди любуются цветами на клумбах и срывают их. Всякий раз, когда по ночам в поместье разносились сладостные рыдания, а пламя чьей-то души безудержно трепетало, Занку охотно шла к этому хрупкому цветку. Она дарила ему утешение, чтобы затем подчинить себе, насладиться его вкусом и выбросить за ненадобностью. Под её речами и пристальным взглядом эти беззащитные младшие сёстры обретали спасение.
Но такое удовольствие не могло длиться вечно. Разум девочек быстро истощался от постоянного созерцания «Ока наваждения», превращая их в пустые марионетки, покорные любой воле Занку. Цвета их душ тоже блекли, подобно тому как цветы засыхают, становясь безжизненными и серыми.
Но это было неважно. Сад «Алого символа» был огромен. Даже если один цветок завянет, на его месте всегда распустится новый.

Сестра, сестра!

Среди всех сестёр была лишь одна, ради кого Занку ограничивала свои силы, когда они встречались взглядами.
Её душа была чистым, прозрачным пламенем — ясным, словно первые лучи рассвета. Заворожённая этим дивным зрелищем, Занку выпалила при первой же их встрече:
«Какой красивый цвет…»
Но одетая во всё белое девочка по имени Даффодил ничего не поняла. Она лишь безропотно подчинилась приказу приёмной матери: подошла к дверце машины, поклонилась и протянула руку, чтобы поприветствовать свою новую младшую сестру.
«Добро пожаловать домой, сестра».
Занку потянулась к ней навстречу, в её глазах смешались одержимость и любопытство. На лице девочки появилась почти звериная улыбка. Словно пытаясь что-то украсть, она резко и крепко сжала руку Даффодил, притягивая её к себе — будто хотела омыться в этом священном пламени…
После этого странного приветствия им в конце концов приказали стать напарницами, сёстрами… семьёй.
Занку знала, что они с сестрой совершенно разные, но какая разница? Две полные противоположности, связанные одной судьбой. В саду «Алого символа» бесчисленные лозы обовьют их и свяжут, пока смерть не разлучит их. Они ступят в одну и ту же трясину, разделят одну постель, сойдутся на одном поле боя и лягут в одну могилу. Ближе них родственников было не найти.
День за днём она наблюдала за Даффодил своим «особенным» глазом. Будучи первой дочерью, удочерённой Инанной, Даффодил была стойкой, непоколебимой и непреклонной — каким бы жестоким ни было задание, она всегда оправдывала ожидания Мамы. Когда нужно было устранить цель, она и вовсе становилась бесчувственной… И всё же эта самая сестра с нежностью залечивала её раны после каждой миссии или наказания.
…Но позже Даффодил по какой-то неведомой причине изменилась. Её былые решительность и безразличие сменились колебаниями, смешанными с растущей меланхолией и смятением. С тех пор то белое, ровное пламя иногда начинало трепетать.
«Значит, у неё тоже есть такая сторона».
Занку продолжала наблюдать за Даффодил, словно за бутоном, который вот-вот распустится. Если её сестра проявит слабость, Занку превратит её в своё самое ценное сокровище прежде, чем Мама уничтожит и выбросит её. С тяжестью на сердце Занку предвкушала наступление этого дня.

Кролик

«…В углу заднего двора сидит кролик».
«Я покормила его капустными листьями. Он всё съел и даже не укусил меня…»
Занку слушала Даффодил с улыбкой, но внутри у неё всё переворачивалось.
Она не понимала, что такого интересного в кролике. Всего лишь серое подопытное животное с красными глазами. Не понимала она и того, почему из-за кролика на лице сестры появлялось такое… счастливое выражение.
Но в последующие несколько месяцев всякий раз, когда Даффодил отправляли на задний двор для наказания, она украдкой поглядывала на кролика, а Занку следила за ней. Даже сквозь боль взгляд её сестры смягчался. В такие моменты Занку думала, что Мама ни за что на свете не позволила бы этой мягкости появиться в их глазах.
Так продолжалось, пока однажды в том самом знакомом углу Даффодил не нашла ничего, кроме трупа кролика. Она молчала весь день, а задолго до наступления ночи заперлась в своей комнате.
Занку долго стучала, прежде чем дверь медленно открылась. Опустошённый взгляд сестры был прикован к полу, а её душа беспомощно содрогалась, словно тлеющий огонёк на ветру. Занку уловила резкий, горький привкус чужого страдания — ей ещё никогда не доводилось ощущать вкус столь чистой и трепещущей эмоции своей сестры.
Она нерешительно протянула руку и медленно притянула к себе поникшую сестру. Занку почувствовала, как та на мгновение замерла, но затем, словно отпустив всё разом, без малейшего сопротивления уткнулась лицом ей в плечо. В то мгновение, когда их тепло слилось, Занку глубоко внутри удовлетворённо вздохнула. Она была даже благодарна судьбе за смерть этого кролика.
«Возможно, когда сестра будет вспоминать труп того кролика, она заподозрит в этом меня».
По ночам, уже после побега сестры, Занку часто вспоминала того мёртвого кролика.
Но сестра никогда бы об этом не спросила, а сама она тоже не стала бы поднимать эту тему. Она даже не знала, когда увидит её снова.
И всё же она ни о чём не жалела. Ведь она прекрасно знала, что в финале этой истории одна из них погибнет от рук другой. И когда одна из них будет испускать последний вздох, возможно, упоминание об этом станет подходящим прощанием.
«Сестра, я правда не убивала того кролика».

Смертоносный взгляд

Занку и Даффодил когда-то были двумя самыми острыми клинками «Алого символа». Клеймо их общих грехов въелось в них так же глубоко, как и пустота, царившая в их сердцах.
Испытание за испытанием, задание за заданием — они устраняли любые преграды на пути Мамы, превращаясь в её руках в идеальное, всё более полезное оружие. Занку никогда не волновало то, что она всего лишь клинок. В редкие минуты затишья она лишь подолгу смотрела на Даффодил.
Как клинок, она знала каждое препятствие, которое Маме нужно было устранить. Но как человек она знала только Даффодил.
После каждого задания Даффодил вставала перед зеркалом и, задумавшись, перевязывала раны. И каждый раз Занку втайне упивалась этим изнурённым, меланхоличным силуэтом — израненным, истощённым, но всё ещё прекрасным. А затем, как и всегда, с помощью способности эспера и нежных объятий заглушала сомнения сестры.
В конце концов эти сомнения не прошли бесследно.
Во время очередной миссии, в тот самый миг, когда клинок должен был опуститься на жертву, Даффодил посмотрела на умоляющую цель и не смогла нанести удар. Занку увидела, как дрогнула рука сестры, но вместе с тем она заметила и жажду убийства, скрытую за этой мольбой о пощаде. И тогда ей пришла в голову опасная мысль.
В следующий миг к её сестре устремился холодный блеск спрятанного оружия. Занку намеренно шагнула вперёд, подставившись под заранее просчитанный удар, а затем, вполне довольная, добила коварного врага…
Из неопасной для жизни раны хлынула кровь — эту боль она вполне могла вытерпеть. Тяжело дыша, Занку посмотрела на оступившуюся сестру. Она увидела, как задрожала и безвольно опустилась рука Даффодил, державшая нож, и услышала её поспешные шаги и дрожащие извинения.
«Наконец-то ты стала такой же слабой, как они».
Занку смотрела на неистово колеблющееся перед ней белое пламя, мысленно повторяя эти слова.
Бесчисленное множество раз она представляла, как перестанет сдерживать свою способность эспера. Как без остатка использует силу своих глаз, чтобы увидеть сестру насквозь, затянет её в иллюзию, созданную только для них двоих, сломит её защиту, исказит её вкусы и даже перепишет воспоминания… Она могла бы превратить её в свою игрушку до того, как та окончательно превратится в скучную, сентиментальную девушку.
Но она всё же сдержалась.
Даже став мягче и начав колебаться, белое пламя по-прежнему завораживало её. Ей больше не хотелось его истощать. Подобно охотнику, который не станет стрелять в идеальную добычу, она жаждала сохранить это пламя нетронутым.

Новый оттенок

Занку помнила, когда именно изменилась её сестра, и какой доверчивой, беспечной и глупой она была прежде.
Это случилось на одном из аукционов Инанны. Даффодил, отвечавшая за охрану, самовольно нарушила порядок и, ненадолго исчезнув, вернулась заметно измождённой. Она прикрывала левый глаз и отмахнулась от произошедшего, назвав это «несчастным случаем». Вид столь сильно израненного лица сестры привёл Занку в такую ярость, что на следующих нескольких миссиях её методы стали куда более жестокими, чем обычно. Многие месяцы после этого Даффодил носила глазную повязку. Чтобы утешить сестру, Занку даже сделала такую же для себя — совершенно бесполезную, разумеется. И когда она достала её, чтобы похвастаться, сестра смогла ответить лишь испуганным смешком.
Занку ни разу не задумалась о том, что именно скрывала повязка Даффодил.
Но одной дождливой ночью она увидела Инанну, лежащую в луже крови, и Даффодил — эспера, снявшую повязку с глаза и сжимавшую клинок. Кровь Мамы окрасила воротник её сестры в кричащий багрянец. А то пламя… то чистое белое пламя полностью угасло. Оно превратилось в нечто совершенно невиданное, непохожее на пламя чьей-либо ещё души — в цвет возвышенной, абсолютной чистоты, который Занку ещё ни разу не встречала в своей жизни.
Занку пыталась осмыслить творившийся перед ней хаос. В её голове появлялось слишком много вопросов. Она не понимала, почему сестра предала их, не понимала, откуда у неё взялась способность эспера, и не понимала, что вообще означает это странное пламя. Что же до Даффодил… она просто стояла без движения, словно застывший от страха ребёнок, скованный стыдом.
Её сестра молча бросилась прочь, и этот след света растворился за изгородью сада «Алого символа».
Занку с трудом заставила себя окликнуть её, пока их мать всё так же лежала чуть поодаль, забытая в луже крови. Все мысли Занку — и её взгляд — неотступно следовали за удаляющейся фигурой сестры. Прошло неведомо сколько времени, прежде чем она наконец произнесла несколько слов — тех самых, что бесчисленное количество раз говорила сестре прежде:
«Какой красивый цвет…»

Предначертанное воссоединение

Мама пережила покушение Даффодил на её жизнь. Она пришла в себя, оправилась от ран и вела себя как обычно, будто ничего и не произошло. Занку это ничуть не удивило. Даффодил в совершенстве овладела искусством убийства, но с кем-то вроде Мамы шутки были плохи. Она по-прежнему отыгрывала роль той самой статной, утопающей в роскоши филантропки — словно предательство Даффодил её совершенно не задело.
Однако Занку уловила едва заметную перемену.
Прежде эмоции Мамы всегда были непоколебимыми и холодными, доходя едва ли не до полного высокомерия. Но после покушения она стала недоверчивой, и в ней навсегда поселилась та тревога, что часто гложет людей, облечённых властью…
Алая башня в её памяти уже рухнула, но Занку больше не заботили такие пустяки.
Сейчас всё, чего она желала — это собственноручно притащить обратно за шиворот ту девушку, что выскользнула из её рук…
Со временем Мама привела домой ещё одну «младшую сестру». Теперь она начала отдавать предпочтение детям, чья уязвимость позволяла ей самой чувствовать себя сильной — и девочка по имени Пуансетт стала одной из них. Поначалу Занку считала её лишь очередным цветком на клумбе, но неожиданно для себя она заметила любопытную сторону в этом новом бутоне. Не по годам развитая и одарённая, эта малышка не позволила ни благосклонности Мамы, ни её терзаниям превратить себя в увядающий цветок. Вместо этого она стала живучим сорняком, выискивающим любой способ сбежать из сада «Алого символа». Раскусив её игру, Занку заинтересовалась ещё сильнее. Она решила подтолкнуть Маму к повышению Пуансетт, чтобы отныне та служила подле Инанны. И этот маленький бутон, ставший сорняком, разгадал намерения Занку, но ему оставалось лишь покорно подыгрывать…
И хотя эта игра в кошки-мышки между ними какое-то время забавляла Занку, она не могла заполнить пустоту, оставшуюся после исчезновения Даффодил. Занку больше не встречала никого, чья душа могла бы сравниться с её душой, и потому её тоска росла день ото дня…
Наконец после долгих и тщательных поисков она напала на след Даффодил — он вёл в захудалый антикварный магазин в Этеро, лачугу, совершенно ей не подходившую.
К счастью, следующая цель Инанны также находилась в Этеро, так что Занку с радостью взялась за это задание и отправилась на разведку. День за днём она меняла обличья, притворяясь разными прохожими, и бесчисленное количество раз проходила мимо дверей «Эйбона», пока наконец не увидела ту, кого так долго ждала.
Сдерживая улыбку, она скользнула в тёмный переулок, прижала руку к груди и почувствовала, как её сердце бешено колотится, словно барабан.
«На этот раз ты уже никогда не сбежишь от меня, сестра».

Источники и доказательства · 0

Источники указывают происхождение и область применения материала. Цитата не подтверждает вывод автоматически.

Публичных сведений об источнике нет.

Язык

Для сопоставленных игровых текстов используется официальный перевод. Остальные поля показаны на упрощённом китайском.